— Алек — католик, — сказала Рита, нервно теребя белую сумочку. — Разве вы этого не знали?

— Вообще-то нет.

Бегающие глаза остановились на мне.

— Он бы не развелся со мной, даже если бы я этого хотела. Но дело не в том. Я не могу нанести Алеку такой удар. Меня бросает в дрожь при мысли о том, как он будет выглядеть, если я все ему расскажу. Алек всегда был добр ко мне. А сейчас он стар, и у него никого нет, кроме меня.

— Да, это верно.

— Поэтому я не могу просто сбежать и бросить его, получу я развод или нет. Но я не могу и отказаться от Барри, доктор Люк! Наша тайная связь тяготит его не меньше, чем меня. Он не желает больше ждать, и, если я буду откладывать решение, кто знает, что может произойти. Все так запуталось… — Она посмотрела в угол потолка. — Вот если бы Алек умер…

Непрошеная мысль заставила меня похолодеть.

— Что вы намерены делать? — осведомился я.

— В том-то и беда, что не знаю!

— Сколько времени вы женаты, Рита?

— Восемь лет.

— А нечто подобное случалось с вами прежде?

— Нет, доктор Люк, клянусь вам! Вот почему я уверена, что это действительно… ну, великая страсть. Я читала и даже писала о ней, но никогда не знала, какова она на самом деле.

— Предположим, вы убежите с этим парнем…

— Говорю вам, я не хочу этого делать!

— Не важно — только предположим. Как вы будете жить? У него есть какие-то деньги?

— Боюсь, что немного. Но… — Рита снова заколебалась, собираясь мне что-то сообщить, но, к сожалению, снова передумала. Ее зубы блеснули между полными губами. — Я не говорю, что это неосуществимо. Но к чему думать об этом в такое время? Я беспокоюсь об Алеке. Вечно Алек, Алек, Алек!..

Рита начинала нести литературщину. Хуже всего было то, что она произносила высокопарные речи абсолютно искренне.